С Александром Борисовичем я столкнулся в песочнице в царствование Никиты Сергеевича. Уже в царствование Леонида Ильича мы вместе просвещались в одном и том же Б-классе СШ № 1 имени тоже Ильича, но Владимира. И пусть в дальнейшем наши карьерные пути разошлись, взаимообогащающее общение продолжалось практически вплоть до отъезда Ярика (так звали Ярокера те, кто имел на то основания) на историческую родину в 1988 г.
Из впечатлений детства мнится главным образом то, что рядом с Яриком просто физически невозможно было скучать. Думаю, что если бы нас с ним, к примеру, взяли в заложники, то, связанные в багажнике террористского «Трабанта», мы бы вмиг придумали, чем развлечься. Конечно, если бы выплюнули кляпы.
Мы росли в одном увенчанном каруселью дворе на 50-й параллели (ул. Пушкинская, 54, где Большой Гастроном), и руки у нас были развязаны. Совместные проекты стартовали со вполне материалистических изысканий структуры аморфных бутылочных стёкол путём их дробления в молекулярную пыль под полозьями детской качалки, но с возрастом и опытом быстро перешли в сферу духовно-спортивную.
Духовное в понимании тех лет означало литературу, желательно вне школьной программы. В ахейских шлемах из газеты «Труд», опустив на глаза козырьки мы рубились деревянными мечами по фантазийным мотивам «Мессенской войны» из журнала «Пионер». Позже именно в устном изложении Ярика я впервые познакомился с уморительной сценой ареста Воланда, не уступавшей в этом отношении его же пересказам «Бухтин вологодских» Василия Белова. А о том, что это Булгаков, «Мастер и Маргарита», я узнал годы спустя при благоговейном чтении памятного мятого журнала в синей обложке. Узнал — и изумился: откуда?
Спортивные проекты были ещё более разнообразны — от стереотипного покера до (уже в зрелом возрасте, на пороге семейной жизни, на южном отдыхе в компании будуших супруг) состязаний по прыжкам в длину, где бумажные лягушонки скакали из-под наших пальцев по передовице «Правды». Рекорд — Бобик прыгнул за 90 (строчек) — не побит до сих пор. Некому.
Ярик боготворил спорт и до потери человеческого облика болел за «Спартак» Старшинова и Якушева. Поэтому главные наши продукты касались хоккея. Хоккей с мячом на асфальте нашего двора между двумя удачно расположенными подъездами, на страже одного (одних) из которых стоял сам Ал. Ярокер, дожил до выпускных экзаменов. А чемпионат мира по настольному хоккею их пережил надолго, выгодно отличаясь досконально разработанными средствами хронометража (с помощью магнитолы «Романтика») и невиданным доселе представительством: в одном из полуфиналов возглавляемая г-жой Голдой Меир сборная Израиля встречалась со сборной Украинских Буржуазных Националистов (УБН) в звездном составе архетипического цвета нации нынешней независимой Украины — и вышла в финал.
Александр Борисович — единственный из моих одноклассников, кто в конце 1970-х влился в мехматовско-физфаковскую когорту творцов нетленки из нашего жанра. Влился в качестве квалифицированного текстовика, разработчика фабулы и диалогов, а также игреца на нетрадиционных музыкальных инструментах (например, гуслях). И сидел там, как влитой, удостоившись за это упоминания в «Зевангелии от Зипа». Расцвет его творчества пришелся на начало 1980-х, времена «Евангелия от Фонаря», «Старика Эмбарго» и прочих продуктов для души.
На этом сайте А.Б. Ярокер оставил много следов, что говорит о существенном влиянии на творчество Дюльди. Это и Белозерский цикл, провозвестник игры «Графоман-Борзописец», и множество посвящений и отсылок (явных и неявных) в моих графоманах и произведениях моих друзей, и Процесс Джека Донована — пьеса, вдохновленная купидофилией Ярокера, и Свадебный спектакль на моё бракосочетание. Да, кстати о свадьбе…
Ярик удачно женился в эпоху междуцарствия на Ире, хорошей девушке из хорошей семьи. Убейте, не помню, как её девичья фамилия. Пусть будет Ира Ярокер, тем более, что так оно и есть, и да пребудет вовеки.
Свадьба проходила на пленэре (что опять-таки нетривиально) на берегу Северского Донца. Естественно, ввиду всего вышесказанного такое событие не могло пройти незамеченным нашими творческими ресурсами. И исполнившись любовию к новобрачным, мы постарались на славу, чему свидетельством…
